Как дать дорогу новому и вылечиться от синдрома накопительства

sindrom-diogena2Наверное, многие помнят древнего философа Диогена, стремившегося к полному минимализму и жившего в бочке. Люди, страдающие синдромом, названным в его честь, склонны к пренебрежительному отношению к себе и отсутствию стыда, апатии и социальной изоляции. Еще одним характерным моментом является страсть к накоплению: зачастую квартиры этих людей похожи на склады, где все пространство забито самыми разнообразными вещами, зачастую принесенными со свалки. Этим недугом страдают около 5% людей пожилого возраста, хотя встречается он и среди молодых.

В том случае, если человек действительно болен, накопительство, или так называемый синдром Диогена, связано с органическими повреждениями головного мозга, возрастными изменениями. Не секрет, что старость, которую многие называют «развитием наоборот», сопровождается значительными изменениями в эмоционально-волевой сфере. Это и нарастающая подозрительность, нелюдимость, страх обнищания, ущерба, а в результате – склонность к накопительству. С Диогеном накопительство связано лишь отчасти и касается маргинальности древнегреческого философа, его стремления игнорировать социальные нормы, ставить на первое место личную добродетель, а не общественные достижения. Главная метафора переживания Диогена связана не с уединенностью как символом зрелости и духовного поиска, а с разочарованием и безнадежностью. Диоген превращает страх быть брошенным в полную противоположность – желание бросить всех первым. При этом неосознаваемая тоска воспринимается как достоинство. Он отрицает свою нужду в окружении. Но, как известно, за демонстративными переживаниями часто скрывается их полная противоположность. Неспособность к доверительным отношениям приводит к чрезмерной привязанности к вещам – с ними устанавливается прочная связь.

Факторы риска:

  • sindrom-diogena-besporyadokВозраст - накопительство часто возникает в 13–15 лет и без лечения имеет тенденцию к ухудшению с возрастом.
  • Отягощенный семейный анамнез - существует очень сильная связь между наличием больных членов семьи и риском развития накопительства у пациента.
  • Пережитый стресс - у некоторых людей накопительство начинает развиваться после тяжелого стресса, такого как смерть любимого, потеря сбережений, пожар, развод, авария или пережитое насилие.
  • Злоупотребление алкоголем - американские врачи утверждают, что около половины «собирателей» в прошлом имели проблемы со спиртным.
  • Социальная изоляция - люди часто отвергнуты обществом и находятся в изоляции. Во многих случаях само накопительство становится причиной изоляции.

Чтобы в жизни появилось что-то новое, необходимо уступить этому дорогу

Погружаясь в бессмысленное накопительство, люди в большей степени проводят инспекцию прошлого, чем осваивают настоящее. Порой бывает жаль расставаться с вещами, которые навевают приятные и волнительные воспоминания. Как будто, выбрасывая бесполезный предмет, мы предаем те переживания, которые навсегда с ним связаны. И так же выбрасываем их на помойку, отказываемся от них. Словно память – это наряженная новогодняя елка, которая становится жалкой, когда игрушки отправляют храниться на чердак.

Проблема в том, что часто за деревьями не видно леса. Многочисленные предметы, которые при изрядной сноровке действительно можно было бы использовать, теряются среди массы таких же, отложенных на потом. Часто мы даже не помним об их существовании, обращая на них внимание лишь тогда, когда дело доходит до уборки. Удивляемся тому факту, что до сих пор не нашли им применения, и даже более того – как удавалось вообще жить, не пользуясь этими пыльными сокровищами. И вновь отправляем их в запасники, но уже нагруженными смыслами и ожиданиями. И так может повторяться до бесконечности.

Правда, которая стоит за этими перемещениями предметов из зоны безразличия в зону интереса, достаточно проста, но при этом может показаться не очень приятной. Она заключается в том, что все, что хранится нами, фактически не используется. Иначе оно все время было бы под рукой. Хранить – значит владеть бесполезными вещами, которые никаким значением, кроме как символической функцией по «обереганию воспоминаний», не обладают.

В гештальттерапии одной из ценностей контакта считается способность в нужное время ставить точку. Если этого не происходит, отношения невозможно завершить. И нельзя с уверенностью сказать, что что-либо вообще состоялось потому, что у этого нет финала. Так же невозможно оказаться с вещами в той точке, где нас ничего не связывает. Будет казаться, что я хронически пытаюсь взять от вещей что-то еще, хотя отношения уже закончились. За накопительством скрывается особый способ игнорирования реальности.

Страх завершить отношения с объектом привязанности напоминает тревогу маленького ребенка, который экспериментирует с автономным от матери существованием. Вот он отходит от поддерживающих его рук и вступает в пространство свободы и неопределенности. Это одновременно и пугает и вдохновляет. Иногда он возвращается для того, чтобы «подзарядиться» поддержкой.

Почему люди прячутся в ракушку из вещей? Как правило, это свойственно тем, кто не умеет переживать расставания. Конечно, это болезненно. Когда человек с чем-то расстается, он неосознанно словно «отрезает» часть себя, и даже потеря маленькой безделушки вызывает печаль. Заменять переменчивый мир миром вещей, а значимых людей значимым «барахлом» проще и безопаснее: оно не уйдет, к нему можно привязаться и обладать им. Избавиться от боли расставания можно, только научившись ее переживать.

Помочь человеку с синдромом Диогена можно, попытавшись развернуть его в другую сторону. Двигаться нужно от обесценивания отношений – к признанию их важности, от разочарования в возможностях, которые предоставляются миром, – к ценности собственного бытия, от бесконечной ревизии прошлого и подготовки к будущему – к погружению и присутствию в настоящем. И не забывайте народную мудрость: «Выкидывая хлам, главное – не начать его рассматривать».

sindrom-diogena

1819
...
загрузка...
Загрузка...